Мысли по ходу: о возрождении, рождении и мифе

Была тенденция последних 20 лет на Западе — закрывались при университетах славистические центры (вместо них по сути открывались центры ближне- и дальневосточных студий). Теперь, с новой вспышкой угрозы со стороны России, скорее всего денежки, на какое-то время (пока после “агонии величия” Россия окончательно не отдаст концы?), вновь потекут на славистику и близкие студии. Изучать с новой силой начнут не только самих агрессоров (т.н. русских), но и их соседей — украинцев, поляков, чехов, словаков, болгар, венгров етс. “Кровь” финансирования и научного внимания прильет ко всему “месту ушиба” т.с.

***

Если США последуют тактике, описанной Дж. Фридманом, и создадут новый сдерживающий кацапа военно-политический блок (ось Балтия-Польша–Румыния-Грузия-Азребайджан), — в обход деморализованного западноевропейским трусостью и узкомыслием НАТО, — это может стать серьезным подспорьем к будущей альтернативной Евросоюзу интеграции Центрально-Восточной Европы. Создавая блок с аллюзиями к старой польской идее Междуморья, о которых пишет Фридман, США могут даже мимоволи помочь в создании настоящего живого Междуморья, новой Речи Посполитой четырех народов – поляков, украинцев, литовцев и белорусов. А потом — и других.

***

Часто встречаю в высказанных мнениях тезис, мол, “Польша и Прибалтика безоговорочно поддерживают Украину”. Не нужно путать себя и других — Украину безоговорочно поддерживают Польша и Литва, а Латвия и Эстония трусливо надеются отсидеться и особой поддержки от них не было, нет и ожидать не стоит. Такой вывод делаю после месяцев отслеживания заявлений и пр. реакций.

Про альтернативу Європі, яка завше "в домікє"

Чудова стаття-скрик для Die Welt польського письменника Анджея Стасюка. Все саме так і є, я  думаю, на всі 100%. Кілька гострих цитат занотую тут:

Але не дай себе обдурити власним прагненням, дорога Європо. Я знаю, що ти собі уявляєш, ніби це все насправді не відбувається. Що це власне і є якийсь Мордор, якась степова Татарія на іншому континенті. Що насправді це якась там Росія, яка знову бореться зі своїми внутрішніми проблемами, тож краще не втручатися, не дражнити і не перешкоджати.

(…)

Я не знаю, що сталося з цим континентом, з його енергією, відвагою, експансивністю, цікавістю, вітальністю. Ми могли пішки зайти на край світу, плисти на інший бік планети в дерев’яних шкарлупках, не більших за залізничний вагон. Так, ми робили страшні речі, але й великі. Світ дивився на цей смішний мис на краю величезного тіла Євразії і не міг відірвати очей.

(…)

Вона аж тремтить від того, що так може бути, бо це означає самі лише клопоти. Вона зменшується, щулиться, ховається за фіранкою. Навіжено підраховує зиски і збитки. Вмирає від страху за свій добуток. За свій огидний спокій, непристойний добробут, гидотне самовдоволення.

Українська зима 2014 року — це європейська катастрофа. Я дивлюся на зображення заледенілого Києва, на людей, які готові гинути за свободу, і намагаюся згадати який-небудь “європейський” порив такої ж сили за останні кількадесят років. Бачу Берлін у 1953-му, Будапешт у 1956-му, Прагу в 1968-му, Гданськ у 1970-му. Натомість якщо йдеться про оту другу частину континенту, то на думку спадає щонайбільш розпачливий протест проти загрози свободі в інтернеті. Це жалюгідно.

Від себе скажу, що за останні пару місяців я сильно розчарувався в Старій Європі і в Заході взагалі. Їм дивовижно начхати. Америка грає у свої великі ігри, потроху розвертається до Тихого океану. Європа ж стала занадто короткозоро користолюбною — немає вже не те що тієї всепереможної пасіонарності, але й жодного бажання діяти — “ми в домікє”. Не повністю начхати лише Литві і Польщі. Можливо, — не лише тому, що вони і самі відчувають загрозу з боку Орди, але і через історичну пам’ять про нашу спільну країну, яка була роздлена всередині через глупство панівної верхівки, а згодом повністю завойована Ордою.

Взагалі-то мені подобається ідея ЄС — нової Римської імперії — інтегрованого європейського простору історичних регіонів (навіть не великих націй). Але за неї взялися якось безсило і безідейно — крахобори не можуть творити велике. Можливо, оці “крахобори” — це не лише євробюрократи, але і самі західні європейці у своїй масі?

Можливо, наразі Центрально-Східній Європі, яка межує з Ордою (нині — совково-путінською, в майбутньому можливо ще й ісламською) треба думати про альтернативи інтеграції з Західною Європою? Почати з українсько-польско-литовської інтеграції. Пропрацьовувати і відрефлексовувати старі образи, покаятися одне перед одним, припиняти чвари, сплавляти свої націоналізми у слов’яно-балтський інтеграціоналізм, відтворювати дискурс нової Речі Посполитої Трьох Народів — вільної європейської імперії — Intermarium. Слоган для такої програми перетворень України на майбутні десятиліття вже є: “від Межигір’я до Міжмор’я“.

Адекватная оценка трусости ЕС перед напором РФ

Прочел статью на ЗН немецкого историка и политолога Андреаса Умланда. Впервые за долгое время услышал в ней трезвую и взвешенную позицию по украинско-российско-европейским отношениям из уст деятеля, живущего западнее Одры. Некоторые выдержки:

Парадоксально в печальной истории нынешних сложностей для украинского стремления к ассоциированию с ЕС то, что на сегодняшний день крупнейшим внешнеэкономическим партнером России является не кто иной, как Евросоюз. Около половины международной торговли России приходится на государства — члены ЕС, от них же она получает три четверти своих иностранных инвестиций.

(…)

Европейская экономика, с другой стороны, в гораздо меньшей степени опирается на российские импорт и экспорт, составляющие лишь небольшую долю внушительной внешней торговли стран — членов ЕС. В единственной сфере, где, как кажется на первый взгляд, существует некоторая европейская зависимость от России — поставок российского природного газа в Европу — эта зависимость на самом деле взаимна.  (…) “Газпром” нуждается в стабильном доходе от экспорта в Европу, чтобы удержаться на плаву. Страны ЕС же с каждым годом имеют все больше возможностей заменить российский газ другими энергоносителями или источниками, как, например, сланцевым, норвежским или сжиженным газом.

(…)

Сознательно или неосознанно игнорируя сложный вызов, перед которым сегодня стоит сам Евросоюз, европейские политики предпочитают пафосно критиковать российскую политику на постсоветском пространстве, неустанно выносить требования касательно мирного характера украинских протестов, произносить мантры о соблюдении прав человека, призывать к уважению суверенного выбора каждой страны, к достижению компромисса и т.п.

(…)

ЕС мог бы относительно простым способом задействовать свою экономическую мощь и объявить России об ответных мерах, которые он примет в том случае, если Москва будет наказывать Киев за ассоциацию с ЕС.  Но он, видимо, не хочет этого делать, поскольку это может создать трудности для нынешних удобных и прибыльных бизнес-отношений ЕС с Россией. И это несмотря на то, что такое предупреждение вряд ли будет дорого стоить Евросоюзу, так как Россия вряд ли поставит под угрозу свою и без того шаткую сегодняшнюю экономическую и бюджетную стабильность.

(…)

Однако ЕС, как, видимо, считают его руководители и дипломаты, не должен действовать подобным образом, а исключительно посредством убеждений, посредничества и поиска компромиссов, т.е. подходов, к которым в Москве относятся с юмором. 

(…)

Риски, которые содержит для Брюсселя продолжение бездействия, могут быть более непосредственными, чем ему это сейчас кажется. На возможное решение Януковича официально или неофициально присоединить Украину к Таможенному/Евразийскому союзу с Россией, не согласится большая часть украинцев, в особенности из западных и центральных регионов страны. Принципиальное сопротивление, с которым новая российская гегемония в Украине столкнулось бы в Галиции, Волыни или Киеве, при худшем варианте развития событий, может разорвать страну и привести к гражданской войне.

          (…)

Парадоксальным образом сегодня, по данным опроса декабря 2013 г., большинство населения Германии согласно с будущим вступлением Украины в ЕС (40% поддерживают присоединение Украины в течение ближайших 10 лет и 24% — через 10–20 лет), но немецкий канцлер Ангела Меркель не готова предоставить Украине даже перспективу возможного членства в Союзе, мало к чему обязывающую ЕС.

(…)

Если ЕС не использует сегодня свой экономический вес для обеспечения суверенитета и европеизации Украины, он может столкнуться с политическими потрясениями и вооруженными столкновениями на своих восточных границах в будущем.

Трусливые и недалекие соглашатели — таковы большинство политиков, в т.ч. и европейских, хотя эти, казалось бы, должны были бы научиться чему-то у истории. В свое время они аналогично APPEASE-сывались перед Гитлером, а также перед Совком. Хотели мира для себя, а получали — бесчестье и войну.

Я уверен, что потакая хилой и бесперспективной, но амбициозной, путинской России, ЕС ставит под угрозу уже самое себя — своих восточных членов — Латвию, Эстонию, Литву, Польшу, Словакию, Венгрию, Чехию, а кроме того свое “дно” — Балканы. Российские танки, возможно, дальше Балтии не зайдут, но угрожать смогут и Польше и Венгрии. Россия сможет провоцировать конфликты, сковывать силы, отвлекать деньги на оборонку и диктовать свои условия в экономике и общественной сфере многих стран Центрально-Восточной Европы.

В общем, я считаю, что в своей последней попытке воссоздать Великую Орду (кокетливо брендируемую украденным у Рутении термином “Великая Русь”), в XXI веке Россия сможет попортить много крови Европе, отвлекая ее ресурсы на себя, и поставить на край гибели и Восточную и Центральную и Западную Европу, сделав их не готовыми к вызовам будущего, после того как слабеющая Орда сдохнет, так сказать, под тяжестью своих многовековых грехов.

Проблема інтеграції країн Центр. і Сх. Європи

Виношу із прогностичного посту sparrow_hawk@LJ свій комент про Польщу як регіонального лідера і проблему націоналізму для інтеграції країн Центр. і Сх. Європи.

Забавно, що я і сам вже досить давно бачив Польщу як потенційного нового регіонального лідера (на жаль Україна з цілого ряду причин не може бути таким поки що — і через її двоїстість і через дуже сильні наслідки совка в головах), який об’єднає Центрально-Східну і Східну Європи, створивши слов’яно-балтський союз, де буде мінімум двох великих проблем — ісламу і совка. Головне при цьому змогти подолати роз’єднувальний націоналізм, який використовує польсько-українські чи польсько-литовські проблеми, щоб завадити діалогу і перспективному слов’яно-балтському утворенню (тут росіяни дивним чином можуть бути зацікавленні в посиленні інтегрально-націоналістичних рухів у слов’янських країнах). Цікаво, що сучасна Польща, завдяки епохальному впливу паризького часопису Єжи Ґедройця «Культура», в др. пол. 20 ст. досить ефективно відрефлексувала і опрацювала свій радикальний націоналізм та агресивне імперство, тепер — справа за нами…